Что такое коммерческий подкуп
Для того, чтобы понять, что представляет собой коммерческий подкуп как преступление, следует вспомнить такие одни из самых опасных преступлений против государственной власти, как получение и дача взятки. Так, согласно ст. 290 УК РФ под получением взятки понимается получение должностным лицом лично или через представителя денег, ценных бумаг или иного имущества, услуг имущественного характера или имущественных прав за совершение действий (бездействия) в пользу взяткодателя или представляемых взяткодателем лиц, если эти действия входят в служебные полномочия этого должностного лица, или это лицо может способствовать этим действиям в силу занимаемого должностного положения, или за общее покровительство и попустительство по службе.
Главными составляющими объективной стороны получения взятки являются:
- наличие должностного лица, иностранного должностного лица или должностного лица публичной международной организации, то есть лица, обладающего специальными признаками, указанными в Примечании к ст. 285 УК РФ;
- факт получения/передачи взятки в виде имущества, имущественных прав или услуг имущественного характера;
- обусловленность получения/передачи взятки действиями (бездействием) со стороны должностного лица в пользу взяткодателя или представляемого им лица;
- действия (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемого им лица, за совершение которых передается взятка, должны отвечать одному из следующих признаков:
- должны входить в служебные полномочия должностного лица;
- должностное лицо может способствовать действиям в пользу взяткодателя в силу занимаемого этим должностным лицом должностного положения;
- взятка передается не за конкретные действия, а за общее покровительство и попустительство по службе;
- являются заведомо незаконными.
Мы не случайно остановились на общем представлении того, что является получением и дачей взятки. Дело в том, что коммерческий подкуп – это то же самое взяточничество (получение и дача взятки), отличающееся только тем, что при коммерческом подкупе в качестве специального субъекта преступления выступает не должностное лицо, а лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, и вред причиняется не государственной власти (интересам государственной службы), а экономике (интересам службы в коммерческой или иной организации). Есть в коммерческом подкупе и иные особенности, определяющие стратегию и тактику защиты по уголовным делам о данных преступлениях, о которых мы поговорим далее.
Чем регламентируется ответственность за коммерческий подкуп?
Коммерческому подкупу посвящены три статьи действующего уголовного кодекса РФ, а именно:
- Статья 204 УК РФ, — это основная статья, посвященная коммерческому подкупу. Если сравнивать с регламентацией, избранной законодателем в отношении взяточничества, то следует отметить, что ст. 204 объединила в себе ответственность и за получение, и за дачу предмета коммерческого подкупа, тогда как в отношении взяточничества эти две составляющие одного и того же процесса регламентируются двумя самостоятельными статьями, - ст. 290 «Получение взятки» и ст. 291 «Дача взятки». В частности, чч. 1-4 ст. 204 предусматривают уголовную ответственность за передачу предмета коммерческого подкупа, а чч. 5-8 ст. 204 – за получение предмета коммерческого подкупа.
- Статья 204.1 УК РФ, - данная статья посвящена регламентации ответственности за посредничество при коммерческом подкупе (в разделе о преступлениях против интересов государственной службы имеется соответствующая ст. 291.1 «Посредничество во взяточничестве»);
- Статья 204.2 УК РФ, - предусматривает уголовную ответственность за мелкий коммерческий подкуп (аналогично ст. 291.2 УК РФ «Мелкое взяточничество»).
Суды при разрешении уголовных дел также руководствуются разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда России от 9 июля 2013 года №24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях».
За совершение коммерческого подкупа законодательство предусматривает административную ответственность, к которой привлекается юридическое лицо, в интересах которого передан предмет коммерческого подкупа. В частности, в соответствие со ст. 19.28 КоАП РФ за передачу незаконного вознаграждения от имени юридического лица в виде коммерческого подкупа организация может быть оштрафована, при этом штраф определяется в размере, кратном сумме коммерческого подкупа (от 3 кратного размера до 100 кратного при передаче предмета коммерческого подкупа в особо крупном размере).
Чек-лист защиты по уголовному делу по ст. 204 УК РФ
На что обратить внимание при формировании позиции защиты по уголовным делам о коммерческом подкупе?
- Необходимость наличия заявления коммерческой организации. В соответствие со ст. 20 УПК РФ, уголовные дела по ст. 204, 204.1 и 204.2 относятся к уголовным делам публичного обвинения. Между тем в отношении них при наличии определенных условий действуют правила, аналогичные установленным для дел частно-публичного обвинения.
Так, если в результате совершения коммерческого подкупа (посредничества в коммерческом подкупе) вред причинен исключительно коммерческой или иной организации, то уголовное дело возбуждается по заявлению руководителя коммерческой организации или с его согласия.
Если же в результате коммерческого подкупа вред причинен интересам других организаций или интересам граждан, общества или государства, то уголовное дело возбуждается в обычном порядке и заявление коммерческой организации не требуется. Также заявление не требуется, если вред причинён исключительно коммерческой или иной организации, но ее участником является государство или муниципальное образование.
На практике до сих пор встречаются ошибки в применении ст. 23 УПК РФ, что при направлении дела в суд влечет его возвращение прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела.
- Конкретность обвинения. Указание в обвинении конкретного способа совершения коммерческого подкупа: за действия (бездействие), которые входят в служебные полномочия, или за действия (бездействие), которым лицо может способствовать в силу занимаемого служебного положения.
- Особенности вменения коммерческого подкупа «за заведомо незаконные действия». Невозможность вменения квалифицирующего признака «за заведомо незаконные действия» при указании способа совершения коммерческого подкупа, заключающегося в получении предмета подкупа за действия, которые входят в служебные полномочия. Заведомо незаконные действия в служебные полномочия входить не могут, а потому коммерческий подкуп с этим квалифицирующим признаком может быть совершен только при подкупе за совершение действий, которым лицо может способствовать в силу занимаемого служебного положения. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции кассационным определением от 16.01.2023 по уголовному делу №77-29/2023 отменила приговор нижестоящего суда, указав следующее: «при квалификации действий Уваровой Е.А. по п."в" ч.7 ст.204 УК РФ, суд не учёл, что незаконные действия не могут входить в служебные полномочия лица, выполняющего управленческие функции в иной организации».
- Установление действий в пользу лица, передавшего предмет коммерческого подкупа или представляемого им лица. Коммерческий подкуп осуществляется за совершение конкретных действий (бездействия) в пользу лица, в интересах которого передано вознаграждение. «В пользу» означает то, что эти действия (бездействие) должны влечь конкретные благоприятные последствия в виде получения вознаграждения, дохода, освобождения от расходов, получения разрешений, лицензий и т.п. При этом сами действия могут быть не совершены, - для привлечения за оконченный коммерческий подкуп достаточна наличия факта передачи имущества или даже его части. Но в обвинении в большинстве случаев действия, не входящие в объективную сторону преступления, все-таки указываются, что связано с необходимостью оценки их полезности, выгодности для лица, в интересах которого передан предмет коммерческого подкупа.
- Освобождение от ответственности в связи с деятельным раскаянием. Возможность освобождения от уголовной ответственности предусмотрена п. 2 примечания к ст. 204 УК РФ, примечанием к ст. 204.1 и примечанием к ст. 204.2 УК РФ.
Освобождение по ст. 204 УК РФ на основании примечания к этой статьи возможно только в отношении лица, передавшего предмет коммерческого подкупа и привлеченного к ответственности по частям 1-4 ст. 204 УК РФ. Основаниями освобождения от ответственности в данном случае являются активное способствование раскрытию и (или) расследованию преступления и одно из двух условий:
- либо в отношении лица имело место быть вымогательство;
- либо лицо добровольно сообщило в орган, имеющий право возбудить уголовное дело.
Такие же основания освобождения от уголовной ответственности предусмотрены примечанием к ст. 204.2 УК РФ в отношении лица, передавшего предмет коммерческого подкупа и при вменении ему мелкого коммерческого подкупа.
Основанием освобождения от уголовной ответственности за посредничество в коммерческом подкупе является активное способствование раскрытию и (или) расследованию преступления и при условии, что лицо добровольно сообщило в орган, имеющий право возбудить уголовное дело.
Наиболее распространенными на практике являются освобождение от ответственности именно в связи с сообщением в орган, имеющие право возбудить уголовное дело. Главное, что в этом случае подлежит установлению, - правоохранительным органам не должна быть известна информация о совершенном преступлении (по сообщенному факту не проводится проверка, нет возбужденного уголовного дела, нет рапорта оперативного или иного сотрудника и т.п.)
Следует отметить, что и в отношении лица, получившего предмет коммерческого подкупа, при вменении ч. 5 или ч. 6 ст. 204 УК РФ также может быть решен вопрос об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием на основании ст. 75 УК РФ. Главным условием является совершение преступления впервые (отсутствие судимости) и постпреступное поведение, свидетельствующее о том, что лицо перестало быть общественно опасным вследствие деятельного раскаяния (в связи с явкой с повинной, способствованием раскрытию и расследованию преступления, возмещением ущерба или заглаживанием причиненного преступлением вреда иным образом). Например, апелляционным определением Архангельского областного суда от 10.12.2020 по уголовному делу №22-3436/2020 был отменен приговор суда первой инстанции в части осуждения гр. Г. по 4 эпизодам преступлений, предусмотренных ч. 6 ст. 204 УК РФ. Мотивируя свое решение суд указал следующее: «Согласно ст. 28 УПК РФ, суд вправе прекратить уголовное преследование в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ч.1 ст.75 УК РФ.
В силу ч.1 ст.75 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию и расследованию преступления, возместило ущерб или иным образом загладило вред, причиненный этим преступлением, и вследствие деятельного раскаяния перестало быть общественно опасным.
Как установлено судом в приговоре, Г. совершил четыре преступления, предусмотренные ч.6 ст.204 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 324-ФЗ), которые относятся к преступлениям средней тяжести, не судим, добровольно явился с повинной, активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, материальный ущерб от его действий не наступил, признал вину, раскаялся, имеет двоих малолетних детей, оказывает материальную помощь своим родителям, имеет постоянное место жительства, где жалоб на него не поступало, по месту работы в АО «.....» характеризуется исключительно положительно.
При таких обстоятельствах уголовное преследование в отношении Г. по преступлениям, предусмотренным ч.6 ст.204 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 324-ФЗ), подлежит прекращению, поскольку вследствие деятельного раскаяния Г. перестал быть общественно опасным, а приговор в данной части – отмене. В связи с изложенным подлежит смягчению наказание, назначенное с применением ч.3 ст.69 УК РФ».
- Конкретизация в обвинении ущерба. Необходимость установления причинения в результате коммерческого подкупа вреда (ущерба). Состав преступления коммерческого подкупа является формальным, поэтому зачастую суды исходят из необходимости установления возможности причинения вреда без определения его размера и конкретизации ущерба. Но практике известны случаи, когда суды исходили из того, что определение конкретного ущерба является обстоятельством, подлежащим доказыванию, что связано с нормой, содержащейся в ст. 23 УПК РФ и устанавливающей порядок возбуждения уголовного дела по коммерческому подкупу в зависимости от того, чьим именно интересам причинен вред.
Так, Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Хабаровского краевого суда от 12 августа 2025 года по уголовному делу №22-1190/2025 отменен приговор, вынесенный Центральным районным судом г. Хабаровска в отношении гр. С., а дело возвращено прокурору на основании ст. 237 УПК РФ. Отменяя приговор, суд указал на необходимость установления по делу ущерба. Так, в апелляционном определении содержатся следующие доводы: «Согласно диспозиции ст. 204 УК РФ коммерческим подкупом признается незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, денег в интересах дающего или иных лиц, если указные действия (бездействие) входят в служебные полномочия такого лица либо если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям (бездействию). По своей конструкции состав этого преступления формальный, так как диспозицией не предусмотрено наступление общественно опасных последствий в качестве обязательного признака объективной стороны.
Судебная коллегия находит, что органы предварительного расследования при составлении обвинительного заключения, а суд первой инстанции при постановлении приговора не учли следующую правовую позицию Конституционного Суда РФ. Так, выбранная законодателем конструкция формального состава преступления не означает, что совершение данного деяния не влечет причинения вреда или реальной угрозы его причинения. Устанавливая преступность и наказуемость тех или иных общественно опасных деяний, федеральный законодатель может по-разному, в зависимости от существа охраняемых общественных отношений, конструировать составы преступлений, учитывая степень их распространенности, значимость тех ценностей, на которые они посягают, и характер причиняемого ими вреда - имущественного, организационного или иного - охраняемому объекту (постановления Конституционного Суда РФ от 27 июня 2005 года N 7-П, от 10 февраля 2017 года N 2-П и др.).
В соответствии с ч. 1 ст. 21 УПК РФ осуществление уголовного преследования от имени государства по уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения прокурором, а также следователем и дознавателем обязывает их к точному установлению причиненного преступлением ущерба, как того требует ч. 1 ст. 73 УПК РФ, которая прямо относит к числу подлежащих доказыванию обстоятельств наряду с событием преступления характер и размер причиненного им вреда, обеспечивая тем самым правильную квалификацию содеянного и назначение справедливого наказания (определение Конституционного Суда РФ от 11 октября 2016 года N 2164-О).
Как разъяснено в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", уголовное преследование осуществляется на общих основаниях в случаях, когда в результате коммерческого подкупа лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, вред причинен интересам иных организаций.
Таким образом несмотря на то, что в диспозиции ст. 204 УК РФ вред в качестве конструктивного признака состава данного преступления не указан, определение характера этого вреда по делам указанной категории содержит не материальный, а процессуальный аспект и имеет значение для решения вопроса об общем либо о специальном порядке уголовного преследования, и в последующем для правильного разрешения дела.
Поэтому, обвинение по ст. 204 УК РФ должно содержать обоснование вида и характера причиненного вреда интересам потерпевшего, а также обоснование наличия причинно-следственной связи этих последствий с действиями обвиняемого, а приговор суда соответствующие выводы об этом.
При этом положения статей 23 и 73 УПК РФ не освобождают сторону обвинения от обязанности доказывания характера и размера вреда, который причинен или мог быть причинен деянием, отнесенным в статье Особенной части УК Российской Федерации, включая его статью 204, к признакам формального состава преступления.
Как указано в обвинительном заключении, действиями Савостина Р.А. был причинен вред интересам другой коммерческой организации - ООО «Хабаровский рис», что выразилось в нарушении законности и стабильности деятельности этого Общества, подрыве его деловой репутации.
Однако, следователь, формально сославшись на положения ст. 34 Конституции РФ о гарантиях участников предпринимательской деятельности, в обвинительном заключении не указал и обосновал, в чем именно состояло нарушение законности и стабильности деятельности ООО «Хабаровский рис» от действий обвиняемого, при том, что причинение имущественного вреда Савостину Р.А. не вменялось(!!!), а также каким образом этими действиями была подорвана деловая репутация ООО «Хабаровский рис», что могло выражаться в негативном представлении о деловых качествах, деловом поведении на рынке, деятельности этого юридического лица либо его органов в сфере общественно-экономического оборота и т.п.
На основании изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что допущенные органами предварительного расследования нарушения при составлении обвинительного заключения в отношении Савостина Р.А. являются существенными, препятствуют рассмотрению судом уголовного дела, исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу.
По мнению судебной коллегии, допущенные нарушения не могут быть устранены в судебном разбирательстве, поскольку суд не вправе сам установить характер причинения вреда интересам ООО «Хабаровский рис» и сопутствующие этому обстоятельства, что следует из требований ч. 2 ст. 14, ч. 3 ст. 15, ст. 73, ст. 252 УПК РФ, в силу которых бремя доказывания всех обстоятельств и последствий преступления лежит на стороне обвинения, а суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения и проводит судебное разбирательство только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению,
Поскольку органы предварительного расследования в обвинительном заключении не указали и не обосновали доводы о виде и характере вреда интересам потерпевшего, причиненного действиями Савостина Р.А., а также о наличии причинно-следственной связи этих последствий с действиями обвиняемого, а суд первой инстанции в приговоре не привел выводов об этом, приговор подлежит отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, а уголовное дело возвращению прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 29.05.2025 по уголовному делу №77-1637/2025 были отменены приговор Озерского городского суда Челябинской области и апелляционное определение Челябинского областного суда, которыми гр. С. был осужден по п. «г» ч. 7 ст. 204, ч. 8 ст. 204 УК РФ и ему было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет с лишением права заниматься административно-хозяйственной и организационно-распорядительной детальностью в коммерческих организациях сроком на 4 года и со штрафом в размере 2 500 000 руб.
Отменяя решения нижестоящих судов и направляя уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд кассационной инстанции указал: «Положения статей 23 и 73 УПК Российской Федерации не предполагают произвольного уголовного преследования, а также не освобождают от обязанности доказывания характера вреда, который причинен (мог быть причинен) деянием, отнесенным в статье особенной части УК Российской Федерации (включая его статью 204) к признакам формального состава преступления (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 января 2022 года N 163-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Г. на нарушение его конституционных прав частью восьмой статьи 204 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьей 23 и пунктом 4 части первой статьи 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации").
Приговор Озерского городского суда Челябинской области от 31 мая 2024 года указанным требованиям уголовно-процессуального закона не отвечает.
Как следует из предъявленного С.И.Н. обвинения, сумму коммерческого подкупа С.И.Н. получал путем возвращения части уплаченных денежных средств за поставку приобретаемых ООО "УЗТО" товарно-материальных ценностей у ООО "Компания ЧелябМетиз", ООО "УралСибМетиз", ООО "Комплектпромсервис", и его действиями по получению коммерческого подкупа причинен существенный вред законным интересам службы в коммерческих организациях по правильной реализации целей уставной деятельности предприятия, поддержанию состояния его платежеспособности, сохранению объема деятельности предприятия, а также повлекли подрыв деловой репутации ООО "УЗТО" перед контрагентами.
В нарушение положений п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела по существу суд первой инстанции характер и размер вреда, причиненного совершенными С.И.Н. преступлениями, не установил, соответствующие выводы в приговоре отсутствуют».
Апелляционным определением Тверского областного суда от 31 мая 2021 года по уголовному делу №22-1094/2021 отменен приговор в отношении К. по ст. 204 УК РФ, а дело передано в суд первой инстанции для нового рассмотрения. Отменяя приговор, суд указал следующее: «…состав преступления, предусмотренного ч.6 ст.204 УК РФ, относится к материальному и требует обязательного установления, кому, и какой причинен вред в результате коммерческого подкупа.
В настоящем приговоре в описании преступного деяния, признанного судом доказанным, имевшего место 13 июня 2019 года, кому причинен вред, не отражено, лишь указано, что К. незаконно получил от потерпевшего Б. деньги в сумме 30817 рублей.
Далее в описательно – мотивировочной части приговора суд делает суждение, что ущерб на данную сумму причинен Б.
Между тем, доказательств и выводов, что Б. считает себя пострадавшим от преступных действий К. и является таковым, в приговоре не приведено.
Напротив, из показаний Б. в судебном заседании следует, что выполнение технологического присоединения к электросетям в установленном законными правилами порядке, требующем значительного времени, его не устраивало, поскольку необходимо было срочно начать строительство дома. Денежные средства за выполнение работ Б. осознанно перевел на личный счет К.
Не дал суд надлежащей оценки и факту, что работы по присоединению к электросетям на земельном участке Б. выполнил лично К. и не установил, каким в данном случае способом тот использовал свои служебные полномочия.
Из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, имевшего место 29 июля 2019 года, вообще нельзя сделать вывод, кому причинен вред коммерческим подкупом, юридическому лицу либо гражданину, поскольку оно содержит формулировки о том, что К. намеревался получить деньги от Б. и Г. за выполнение работ силами отделения «...» и его действия нарушали нормальное функционирование ООО «...», а также права Б. и Г. на беспрепятственное технологическое присоединение к электросетям.
Каким образом К. препятствовал этому присоединению в приговоре не отражено, а из аудиозаписи переговоров К. и Б. следует, что именно последний склонял осужденного к выполнению работ на платной основе.
В чем выражалось нарушение нормального функционирования ООО «...» вследствие неправомерного поведения К. из приговора сделать вывод также невозможно.
В приговоре изложена должностная инструкция главного инженера отделения «...», однако из него нельзя установить, за выполнение каких служебных полномочий, включенных в инструкцию, К. получал деньги от Б. и Б.
- Оценка перспективы освобождения от уголовной ответственности и (или) от наказания по нереабилитирующим основаниям. При рассмотрении данного вопроса применительно к коммерческому подкупу следует исходить из категории преступления, определяемой конкретной статьей и частью статьи УК РФ.
Так, при вменении впервые совершенного преступления, предусмотренного ч. 1, 2, 5, 6 ст. 204, чч. 1, 2, 4 ст. 204.1 и чч. 1 и 2 ст. 204.2 УК РФ возможно освобождение от уголовной ответственности по основаниям, указанным в главе 11 и 12 УК РФ (в связи с деятельным раскаянием, с назначением судебного штрафа, в связи с истечением сроков давности, в связи с заключением военного контракта и пр.)